- Никоим образом, - невозмутимо отозвался отец Браун. Мой долг - навещать узников и всех несчастных, томящихся в заключении.

Молодой человек нахмурился и промолчал; на его худом лице мелькнуло странное, не очень-то приветливое выражение. Потом он вдруг сказал:

- Кроме того, не забывайте, что Мертона преследует не просто мелкий жулик или какая-то там "Черная рука". Этот Дэниел Рок - сущий дьявол. Вспомните, как он прикончил Трэнта в его же парке, а Хордера - возле самого дома, и оба раза ускользнул.

Стены верхнего этажа были невероятно толсты и массивны, комнат же имелось только две: прихожая и кабинет великого миллионера. В тот момент, когда Браун и Уэйн входили в прихожую, из дверей второй комнаты показались два других посетителя. Одного из них Уэйн назвал дядей; это был невысокий, но весьма крепкий и энергичный человек, с бритой головой, которая казалась лысой, и до того темным лицом, что оно, казалось, никогда не было белым. Это был прославившийся в войнах с краснокожими старик Крейк, обычно именуемый Гикори Крейком, в память еще более знаменитого старика Гикори (3). Совсем иного типа господин был его спутник - вылощенный, верткий, с черными, как бы лакированными волосами и с моноклем на широкой черной ленте - Бернард Блейк, поверенный старика Мертона, приглашенный компаньонами на деловое совещание. Четверо мужчин, из которых двое почтительно приближались к святая святых, а двое других столь же почтительно оттуда удалялись, встретившись посреди комнаты, вступили между собой в непродолжительный учтивый разговор. А за всеми этими приближениями и удалениями из глубины полутемной прихожей, которую освещало только внутреннее окно, наблюдал плотный человек с лицом негроида и широченными плечами. Таких, как он, шутники-американцы именуют злыми дядями, друзья называют телохранителями, а враги - наемными убийцами.

Он сидел, не двигаясь, у двери кабинета и даже бровью не повел при их появлении. Зато Уэйн, увидев его, всполошился.